Квадрат окна пробежал по полу, перескакивая на стену — внизу проехала машина, ослепляя фарами безмолвные дома. Я не знала, сколько уже времени, но точно давно перевалило за полночь. Мозг всё ещё пытался переварить информацию, что сегодня получил, и всё равно буксовал. После пугающих откровений мы со Стивеном быстро разошлись по комнатам — находиться вместе оказалось… неуютно. Всё встало буквально с ног на голову, и ему, я уверена, тяжело не меньше, чем мне. Осознать, что у него есть ребёнок, оказалось сложнее всего. Я чувствовала себя невольной разрушительницей чужих судеб, а мысль о том, что он по-настоящему любил когда-то, остро пронзала грудь. Я привыкла, что он ветреный и непостоянный. Что женщины не задерживались надолго в его постели, и само понятие «любовь» было ему нев