Слово за слово и мы развили целую теорию, основанную на том, что проклятие делалось на семью. И могло быть некое ограничение до момента невозврата. Например, коль изначально все началось с белой ведьмы и сменившей ее попаданки, то на протяжении действия проклятия могли стать истинными парами семь либо белых, либо попаданок… И именно они возможно сняли бы проклятие.
— Белых или их же, но успевших смениться на иномирянок и почему-то не ставших женами? — предположила Дейра.
— Тут и к бабке не ходи: ясно, что и те, и другие посгорали на кострах, не доживая до свадьбы. Вопрос лишь в том, это наши домыслы или… — задумчиво теребя разрисованную салфетку, пробормотала Эля. — Мне бы в столичную библиотеку, там много чего есть…
— У тебя есть Диверон, — напомнила баронесса и, заметив непонимание в глазах подруги, пояснила: — Все титулованные аристократы обязаны досконально знать историю своего рода, а уж настолько именитые и подавно.
— И что он может знать? — вскинулась Эля. — Что его пра-пра-пра и еще сорок раз прадед как и все прочие представители своего рода не смог жениться на той, что выбрало предопределение? Так напомню: они все умирали! Среди них точно не было иномирянок, иначе бы его предка унесло, как и Дива в другой мир, и это осталось бы в истории рода, а его случай посчитали уникальным. Возможно, были белые. Но вряд ли потомкам рода из поколения в поколение передавали вести о том, что у такого-то истинная была белой ведьмой и ее сожгли на костре. История хранит те имена, что в нее вошли, а не могли войти.
— Чего же ты ожидала найти в библиотеке? — уточнила Дейра.
— Упоминание об их предопределенных, о причинах того, почему приходилось искать других женщин. Я видела такую информацию в закрытом архиве. Краткую, обобщенную, но этого бы хватило.
— А если кого-то не зафиксировали? И в любом случае, эту информацию выискивать придется очень долго, а у нас всего четыре дня!
На лице Эли отразилась борьба между желанием что-то сказать и сомнением.
— Ай, была не была, — махнула она рукой и произнесла: — Алиса, ко мне! — в тот же миг в ее руке оказалась зачарованная тарелочка с яблочком, похожая на мое Тыблочко, сделанное тоже Элей. — Но… Никто не должен об этом узнать. Никто! Даже под страхом смертной казни! — подруга внимательно посмотрела на меня и баронессу и дождавшись кивков, скомандовала: — Алиса, покажи всех белых ведьм, что должны были стать женами герцогов Верленских.
Мы с баронессой в шоке уставились на побежавшее по тарелочке яблочко, замерцавшее донышко, и там одно за другим стали сменяться совсем еще юные девичьи лица.
— Первая… Вторая… Третья… Четвертая… Пятая… Шестая… Се… Блин, это я! Выходит, мы правы? — Эля переводила взгляд с тарелочки на нас с Дейрой, а мы… Мы были в шоке от возможностей ее «Алисы».
Интересно, а мое Тыблочко так может?
— Так вот как ты белых находишь! — догадалась Дейра, на что подруга лишь кивнула.
— Найти полдела, до них еще добраться надо и убедить, что необходимо учиться, — вздохнула Эля. — Вот думаю с Мальвером пошептаться. Может, поможет сделать так, как в наших земных книгах писали: некий зал с зеркалами, например, и в них будут отображаться не успевшие поступить на обучение белые ведьмы. И чтобы сквозь эти зеркала можно было с ними связаться…
— Зеркало — дорогая вещь, не у всякой белой в хозяйстве найдется, — покачала головой Дейра.
— Неважно, пусть не зеркало, а чаша с водой с нашей стороны, а с их любая отражающая поверхность, — задумчиво произнесла наша деятельная попаданка. — Но это я возможно и сама смогу сделать. Мне помощь в другом нужна. Чтобы в определенный интервал времени года всех обнаруженных закидывали к нам. И чтобы тем же путем мы могли при необходимости вернуть людей обратно. Мало ли какие обстоятельства бывают.
— Принудительный портал по признаку? — баронесса аж хмыкнула. — До такого еще никто прежде не додумывался. Это же явно смесь магии и ведьмовской силы.
— И что из того? — вылупила глазища Эля. — Мы с Дивом кое-что так уже скрещивали. В конце концов, для вас и моя «Алиса» нечто запредельное. Но она есть и работает.
— А мою пару так увидеть можно? — обрадовавшись возвращению к прежней теме, встрепенулась я.
— В день предопределения посмотришь, — отрезала Дейра. — У нас дела поважнее есть, тебе не кажется?
Горло сковало болью, и я едва успела опустить глаза, так быстро нахлынули слезы. Обидно стало, что-то в этом роде я слышала на протяжении шести лет, и хотелось чтобы сидящие сейчас рядом люди, ставшие самыми близкими, отреагировали иначе. И в то же время безумно стыдно, ведь Дейра права; на кону возможно жизнь Эли, а я с глупостями лезу, жила как-то в незнании все эти годы, не умру и еще годик потерпев. Они же не знают, что мой день рождения приходится в аккурат на день восшествия Двуликого, к которому приурочили Элину свадьбу, а значит, в этом году в храме мне не бывать.
— Эй, ну ты чего нос повесила? — встревожилась подруга, и я краснея от стыда смогла лишь головой помотать, что-либо говорить было стыдно, да и горло до сих пор сдавливал болезненный спазм.
— Итак, ты действительно седьмая, — вернулась к прежней теме Дейра, и я была ей благодарна за то, что не стала акцентировать внимание на моей реакции. — Что нам это дает?
— Или после семи не вышедших проклятие спадет… Или наоборот все станет совсем печально, — пожала плечами продолжающая смотреть на меня Эля. — «Алиса», покажи, кто из этих женщин на момент смерти был иномирянкой?
Яблочко вновь побежало, замелькали юные лица, а мы стали считать.
— Все, — выдохнули втроем.
— Зашибись… — откинувшись на спинку стула, Эля сложила руки на груди еще и ногу на ногу перекинув, как делала совсем в глубокой задумчивости.
— А мне кажется, вряд ли иномирянка поставила бы целью смерть семи себе подобных, — наконец-то совладав с голосом, произнесла я. — Скорее, она дала семь попыток. Ты последняя.
— То есть моя задача дожить до свадьбы? — усмехнулась Эля.
— А момент проклятия твоя «Алиса» показать сможет? — уточнила баронесса.
— Его я уже видела, — вздохнула подруга. — И повторять этого не стану.
— А суть? Слова? Жесты? — не унималась Дейра.
— Скрип зубов, стон боли, полыхающий ненавистью взгляд с отражающимися в глазах отблесками пламени и неизвестные нам мысли, — перечислила Эля.
— А может твоя всезнающая «Алиса» подскажет, что нам делать? — наивно поинтересовалась я.
— Увы, — развела руками Эля. — Иначе мы бы сейчас не ломали головы.
— Дом в связи с предшествующим событием под усиленной охраной, — едва слышно проворчала Дейра. — Но в нем полно гостей, — тут же добавила она. — И неизвестно как они относятся к иномирянам. Да и вообще женщинам — выскочкам типа тебя. Я бы рекомендовала тебе перебраться до свадьбы в мой особняк.
— Но как же приготовления?! — воззрилась на нее Эля.
— Слуги знают свое дело и прекрасно справятся, — отрезала баронесса. — Сошлись на обычаи своего мира.
— А если они не справятся?
— Я предпочту отвратительную свадьбу идеальным похоронах, — припечатала Дейра, и я согласно кивнула.
Ее имение действительно очень хорошо защищено, ведь по ряду причин именно его выбрали местом для Академии. На переоборудованный под административный корпус хозяйский особняк маги дополнительную защиту установили; добавить к этому что-то из Элиного арсенала — и получим неприступную крепость.
Мы, не сговариваясь, переглянулись.
— Собираемся? — спросила Дейра.
— Хорошо, но отправимся вечером, мне надо Дива предупредить. А то… Решит, что я сбежала, или того хуже — надумает, что со мной что-то случилось.
— Он же здесь… — ляпнула я, памятуя о своем пробуждении, и смутилась, по сути ведь призналась, что невольно подсматривала за подругой.
— Был, — вздохнула та. — Они с Мальвером куда-то по делам уехали, вернутся вечером. Готовят какой-то сюрприз, как Мика мне доложила.
— И ты не подсмотрела какой именно? — удивилась я, многозначительно взглянув на тарелочку с яблоком.
— Это будет уже не сюрприз, — скривилась подруга. — Но кто бы знал, как руки чешутся это сделать!
— Вот теперь я окончательно осознала, что вы, иномирянки, — опасные люди, — вздохнула Дейра, косясь на Элину «Алису». — Это же… Да если о таких возможностях узнают…
— Потому-то я всем создавала урезанные версии. А об этой никто не узнает, так ведь? — сейчас Эля меньше всего напоминала белую ведьму; увидь я раньше такой «добрый» оскал, до конца жизни осеняла бы себя святым кругом при одном воспоминании об одной белой и пушистой иномирянке. — Пойдемте собираться, заболтались, уже ужин скоро, а мы все за обеденным столом. Тина, ты с нами?
— Конечно! — встрепенулась, даже мысли не допуская о том, чтобы остаться здесь без них.